v f t jy

Президент Ингушетии: Не забываю о том, что я мусульманин

«Да, я военный, но не забываю, что я мусульманин. Молюсь, соблюдаю пост. По пятницам хожу в мечеть и одеваюсь соответственно ситуации: на работу хожу в галстуке, а в мечеть — в тюбетейке. Я так считаю: если я сапожник, я должен быть сапожником, если я шахтер — я должен быть шахтером, если имам — то имамом», - рассказал президент Ингушетии Юнус-Бек Евкуров в интервью газете «Настоящее время».

По словам политика, охватить все вместе не получится никогда. Ничего плохого нет в том, чтобы быть фанатично преданным своему делу. «Главное — избегать радикализма. Просто раньше я не был на виду, поэтому все думают, что я пришел в политику и сразу ударился в религию. А я каждый год приезжал домой, делал в честь матери ду’а. Тогда я тоже одевался так — традиционная одежда, тюбетейка. Просто никто раньше этого не замечал, а сейчас, как стал президентом, у всех углубленный интерес ко всему, что я делаю. Но все это не показуха, а моя обычная жизнь», - говорит он.

Также ингушский президент ратует за сохранение национальной самобытности. «Нам сам Всевышний говорит, что он нас создал разными и что надо сохранять то лучшее, что у нас есть. И сегодня я являюсь ингушом, кавказцем, у которого есть свой менталитет, свои традиции, обычаи, - считает Евкуров. - Я, к примеру, никогда не видел фотографий своих предков-имамов ингушей — с неаккуратной бородой. Они все очень красивые, лица светятся верой... Зачем мне брать пример с кого-то, когда у меня есть свои предки? Я всегда говорю: если мы, разрушая свои традиции, хотим взять для себя что-то другое, то мы и свое разрушим, и ничего нового не получим».

«Меня даже некоторые имамы не понимают. К примеру, когда спрашивают, как дела? Можно ответить на ингушском, а можно на арабском «Аль-хамду ли-Лля». Я принципиально отвечаю на ингушском, - продолжает политик. - Я же упоминаю Бога, но не на арабском, а на ингушском. Не надо пытаться внушать всем, что сказанное на арабском важнее, чем сказанное на своем. Давайте беречь свое».

Говоря о своей награде – Звезде Героя России, Евкуров подчеркнул, что и награда Героя России, и мусульманская награда «Аль-Фахр» — это все дано ему от Всевышнего.

«Всему есть причина, на мой взгляд. Значит так было суждено, чтобы я получил высшую награду этой страны, за которую жизнь готов отдать. Оценивать, что важнее, что лучше ни в коей мере нельзя», - говорит президент Ингушетии.

«Как кавказец, хочу быть похожим на себя, быть таким, каким меня создал Аллах. Зачем мне быть на кого-то еще похожим? Хотя в младших классах я хотел быть похожим на ингушских и вайнахских героев, героев Великой Отечественной войны. Они всегда были для меня примером для подражания. А примером правильного мусульманина для меня был мой отец», - подытожил Евкуров.

Газета "Настоящее время" №50 от 25 декабря
gazeta-nv.ru

29 декабря 2009 год